Как показывает практика, история имеет свойство повторяться. Чуть более года назад, на фоне масштабного падения деловой активности, обвала на фондовых рынках и общих пессимистичных настроений, ФРС США приступила к активному эмиссионному стимулированию экономики путем выкупа казначейских облигаций и ипотечных бумаг. С того момента баланс ФРС пополнился более чем на 1,5 трлн. долларов. Таким образом, имевшиеся проблемы Федрезерв решил буквально «завалить «свежими» долларами». В банковскую систему поступило огромное количество ликвидности, что позволило вернуть доверие финансовых контрагентов друг к другу. Избыток дешевых денег привел бурному ралли на фондовых, товарно-сырьевых и валютных рынках. Сверхмягкая монетарная политика, вкупе с налогово-бюджетными стимулами, способствовала и некоторому оживлению американской экономики. Но за всей этой внешней идиллией так и остались нерешенными ключевые проблемы. Объемы кредитования реальной экономики продолжают падать, напряженность на рынке жилья (особенно, в сегменте коммерческой недвижимости) сохраняется, а безработица по-прежнему колеблется возле уровня 10% трудоспособного населения. В итоге все меры, предпринимаемые американскими властями, имели краткосрочный эффект и направлены были на решение сиюминутных проблем, в то время, как масштабные структурные перекосы (избыточная задолженность у одних и чрезмерные накопление у других) так и остались в системе. Справедливости ради стоит отметить, что, несмотря на отсутствие фундаментальных решений временной стабилизации американские монетаристы, во главе с Беном Бернанке, по крайней мере, добились. Чего не скажешь о Европейском Центральном Банке, который, по сути, всегда находился на шаг позади ФРС. Если для американского Феда «головной болью» во время кризиса стали банки-зомби, то для ЕЦБ ключевой проблемой неожиданно стали целые страны, входящие в зону евро (назовем их «страны-зомби»).

Продолжение статьи